Прилежный ученик: как Иван Стрешинский стал первым в России менеджером-миллиардером

У главы холдинга USM Алишера Усманова, Ивана Стрешинского, никогда не было своего бизнеса — он управлял чужими. Как ему удалось стать миллиардером?

Ноябрьские каникулы Иван Стрешинский провел с семьей в своем замке Château de Marienthal в пригороде Парижа. Он прилетел во Францию на шесть дней, но полноценного отдыха не получилось — пришлось на день отлучиться в Москву. Как всегда в таких случаях его спас личный самолет Global Express.

У гендиректора холдинга USM никогда не было своего бизнеса, он управлял чужими. Как ему удалось стать миллиардером? «Значительная часть успеха любого человека связана с везением. Мне очень повезло встретить на своем жизненном пути лучших учителей», — рассуждает Стрешинский. К учителям он причисляет и своего многолетнего работодателя Алишера Усманова. Еще в 2014 году он передал главному менеджеру 3% акций холдинга, а в 2021 году увеличил его пакет в USM до 5%. Долю Стрешинского в холдинге (с учетом прямого владения акциями USM Telecom) Forbes оценивает в $1,3 млрд — и это самый высокий результат среди всех российских менеджеров.

На взлет!

Стрешинскому повезло сразу — с родителями. Его мама и папа жили в Одессе, познакомились на пляже. После школы папа поехал учиться в Москву в МАИ, а мама — в Таллинское музыкальное училище. Папа получил распределение в Киев в «КБ Антонова», мама приехала к нему, преподавала фортепьяно в музыкальной школе. Родители жили небогато, но при этом уже во 2-м классе наняли сыну репетитора по английскому, хотя о поездках за границу тогда не было и речи.

В старших классах родители перевели его в другую школу — туда нельзя было дойти пешком, но там был математический класс. Вел его автор учебников по геометрии Исаак Кушнир, народный учитель Украины. Благодаря его двойкам эту школу было сложно окончить с золотой медалью, зато после нее можно было очень легко поступить в любой вуз.

Стрешинский пошел в МФТИ, но не в Долгопрудном, а в Жуковском — на факультет летательной техники и аэромеханики. Его отец занимался аэродинамикой и часто ездил в Жуковский в командировки. Он и посоветовал туда поступать. «Папа сказал, что с его точки зрения это лучшее. Я был послушным ребенком», — вспоминает миллиардер.

О своем выборе он ни разу не пожалел — в Физтехе ему встретился еще один выдающийся учитель, его научный руководитель Павел Бабиков. Бабикова пригласили на работу в Италию в частную фирму, которая занималась вычислительной аэродинамикой, работала по контрактам с крупными западными компаниями, такими как Aerospecial и Boeing. И он взял с собой лучшего ученика. «Я был тогда несметно богат, у меня зарплата в 1991–1992 годах была $3000, тогда это было очень много», — вспоминает Стрешинский. Защищать диплом он прилетел в Москву с роскошными плакатами — картинки изменения давления на поверхностях были напечатаны в Италии на цветном принтере, которых в России тогда еще не было.

По признанию Стрешинского, интереса к бизнесу у него никогда не было: «Если бы не перестройка и ее последствия, я бы, наверное, до сих пор занимался наукой».

Вернувшись из Италии, он устроился на работу в «Микродин» руководителем информационно-аналитического департамента. Компания «физтеха» Дмитрия Зеленина, будущего губернатора Тверской области, тогда не только торговала техникой, но и скупала акции приватизируемых предприятий. Одним из таких предприятий был завод «Пермские моторы», и Стрешинский стал одним из представителей компании в его совете директоров. Этот бизнес «Микродина» показался молодому специалисту бесперспективным, и через год он ушел. «Я им тогда написал большую аналитическую записку о том, что не стоит заниматься тем, что не приносит денег, советовал покупать неф­тяные месторождения», — вспоминает Стрешинский. Но его не послушали.

Тогда же на его пути появился учитель в лице бизнесмена Василия Анисимова — его компания Coalco занималась торговлей алюминием. К 1994 году родители Стрешинского уехали в Израиль, а старший брат Дмитрий жил в Париже. Он был знаком с Анисимовым и попросил его взять на работу своего брата Ивана. Анисимов очень хорошо помнит, как к нему пришел «молодой симпатичный парень из Физтеха, который все схватывал на лету». Парню было 25 лет, и поначалу он работал личным ассистентом бизнесмена: «Знаете, такая придворная собака — занимался всем, начиная от билетов на самолеты и ресторанов, заканчивая подсчетом чего угодно».

Но очень скоро Анисимов понял, что парня можно использовать гораздо более эффективно, и сделал его сначала главным бухгалтером Coalco, а потом финансовым директором. В 1996 году Стрешинский по заданию Анисимова поехал в Швейцарию открывать там торговую компанию.
Всеми сделками M&A в Coalco занимался тоже Стрешинский, хотя ни финансового, ни юридического образования у него не было: «Навык учиться чему-то новому был сформирован у меня еще в школе Кушниром и в институте. Бухгалтерия, финансы и юриспруденция — все это казалось примитивным и элементарным». В конце концов Анисимов назначил его генеральным директором.

Работая на миллиардера, Стрешинский застал время «алюминиевых войн» — Анисимов был акционером Красноярского алюминиевого завода (КрАЗ) и часто брал главного финансиста с собой на переговоры. Страшно ли было Стрешинскому? «Если честно, нет. Опасными вещами занимался Анисимов и группа ребят, которые управляли заводами. Я ездил туда, но занимался финансами. Мы были неплохо защищены Анисимовым в тот момент», — вспоминает Стрешинский. «На КрАЗе за период нашей кампании никого не убили, не ранили, не избили, все живые, все работают. Как-то находили со всеми общий язык», — отмечает Анисимов.

Переходный период

14 сентября 2004 года вертолет с Анисимовым и Стрешинским на борту приземлился на площадке черноморской дачи грузинского миллиардера Бидзины Иванишвили недалеко от Батуми. В те времена основателя банка «Российский кредит» звали Борисом, он уже переселился в Грузию и распродавал свои российские активы, в том числе второй по величине в России Михайловский ГОК.
Дату участники событий запомнили навсегда — это был день рождения брата Стрешинского, день рождения Дмитрия Медведева, и в этот же день на Дальнем Севере на рыбалке куском от лопасти вертолета был убит старший вице-президент и партнер «ЕвразХолдинга» Андрей Севенюк, которого Анисимов хорошо знал.

С Иванишвили Анисимов тоже был хорошо знаком и даже дружил. Именно поэтому на переговоры о сделке, в которой был заинтересован другой его знакомый, Алишер Усманов, отправился именно он. Анисимов вышел из вертолета и направился в дом, Стрешинский остался ждать его в кабине. Переговоры длились около получаса. Этого времени хватило на то, чтобы договориться о цене — Иванишвили согласился продать МГОК за $1,65 млрд. Вместе с ним покупатели за $200 млн приобретали 30% «Тулачермета», и им доставался чистый оборотный капитал МГОК в размере более $200 млн. Вместе с активами Иванишвили передал Усманову и Анисимову свой холдинг «Металлоинвест».

Беспрецедентной по тем временам сделкой занимался Стрешинский, и к концу года она была закрыта — Усманов с Анисимовым стали владельцами «Металлоинвеста» на паритетной основе. С этой сделки и начался постепенный переход Стрешинского от Анисимова к Усманову. В 2006 году Усманов предложил гендиректору Coalco параллельно возглавить компанию «Газметалл», которую планировалось объединить с «Металлоинвестом». Анисимов не возражал — ему было комфортно, что именно его топ-менеджеру партнер поручил заниматься важными для них обоих делами. В «Газметалле» тогда мажоритарным партнером был Лев Кветной, он собирался уходить, и Стрешинский руководил сделкой по выкупу у него акций Лебединского ГОК и ОЭМК в общей сложности за $2 млрд.

В результате выкупа доли Кветного и слияния «Газметалла» с «Металлоинвестом» в объединенной компании доля Усманова составила 50%, Анисимова — 20%, еще 30% остались у фонда партнера Усманова Андрея Скоча. Дело было сделано, и в 2007 году Усманов начал «поход в технологии» — покупались акции Mail.ru, «Мегафона», Facebook. В 2008 году Усманов предложил Стрешинскому возглавить компанию «ТелекомИнвест» и отвечать за все технологические инвестиции холдинга.

«Я с радостью согласился. Учитывая мое техническое образование, мне это было близко и интересно», — объясняет Стрешинский. Тогда он окончательно ушел из Coalco. Позже Анисимов с Усмановым разошлись.

«Василий не слишком любил все новое, а Алишер всегда развивался, много читал разные переводные книги, статьи, рос, искал новые связи. И в этой ситуации самые лучшие люди, естественно, ориентировались на него. Лучшие — в смысле ума, верности, преданности, такие как Стрешинский», — рассказал Forbes один из знакомых Стрешинского тех лет.

Как отреагировал на уход отличного управленца Анисимов? По его словам, он не ревнует и не завидует, а только радуется за Стрешинского и всегда готов послать ему открытку со словами «Победителю-ученику от побежденного учителя».

Стрешинский в разговоре с Forbes несколько раз подчеркнул, что он не бизнесмен, а именно менеджер, никакими предприятиями никогда не владел и никаких дел за рамками холдинга не вел. За свою преданность он был щедро вознагражден: в 2014 году получил от Усманова 3% USM, а в 2021-м — еще 2%. Основными активами USM сегодня остаются «Металлоинвест», «Удоканская медь» и «Мегафон».

Откуда такая щедрость? В интервью Forbes Усманов называл Стрешинского гением, которого ему посчастливилось встретить на своем пути наряду с Юрием Мильнером, Джеком Ма и Ремом Вяхиревым, и позже говорил, что готов все свои акции холдинга поделить между менеджментом USM и семьей. Готов ли Стрешинский расстаться с ролью менеджера и стать полноправным хозяином бизнеса? Он утверждает, что даже думать об этом не хочет. «Когда Усманов начинает это со мной каким-то образом обсуждать, я говорю: Алишер Бурханович, вы делайте, что считаете нужным. Это ваша собственность, ваши акции, кому хотите, тому отдаете, как хотите, так и делите», — говорит Стрешинский. Он напоминает, что у Усманова большая семья: «У него сестры, много внучатых племянников и племянниц, которых он очень любит. Поэтому, безусловно, какая-то часть его акций когда-то отойдет семье».

Владелец и менеджеры

«Кем я был до того, как познакомился с Усмановым и со Стрешинским? Талантливым предпринимателем, который занимался региональными телевизионными радиостанциями. А через два года после знакомства я стал руководителем компании с выручкой $10 млрд и 30 000 сотрудников», — рассказывает бывший гендиректор «Мегафона», основатель Kismet Capital Group Иван Таврин в интервью Forbes по Zoom из своего кабинета в офисе на Лесной улице.

Таврина Стрешинский познакомил с Усмановым в апреле 2009-го в их офисе на той же Лесной, чтобы обсудить объединение группы Таврина «Медиа-1» (включала 33 региональные телестанции и 56 радио­станций) и «АФ Медиа Холдинга» (МУЗ-ТВ, 7ТВ) Усманова. «На той встрече мне не нужно было убеждать [Усманова], что это хорошая идея. Его основные вопросы были о том, что мы можем сделать с холдингом из наших и его телеканалов и какое у них будущее», — вспоминает Таврин. По его словам, даже после того, как Усманов утвердил идею объединения, еще около трех месяцев это решение обсуждали и критиковали с разных сторон. А Стрешинский последовательно его отстаивал. «Тогда мы с ним достаточно сильно сблизились и после этого стали много общаться», — вспоминает основатель Kismet.

В сентябре 2009-го Стрешинский позвал Таврина на день рождения Усманова, который тот праздновал на своей даче. И за последние 10 лет Таврин провел со Стрешинским и Усмановым больше времени, чем с кем-либо еще.

«Ни один ключевой человек не мог появиться в нашей группе без того, чтобы Алишер Бурханович этого не одобрил и не провел с ним много часов», — подтверждает его слова Стрешинский.

Еще одним таким ключевым человеком стал инвестор, основатель DST Global Юрий Мильнер, которому Усманов дал $500 млн на покупку акций Facebook и деньги на другие проекты. Идея покупки Facebook принадлежит Мильнеру, но владельцы соцсети готовы были продать ему не больше 1%, тогда они стоили $65 млн, а хотелось вложить гораздо больше. Знакомство с Усмановым изменило эту ситуацию — он не только дал денег, но и придумал, как уговорить Цукерберга: он пообещал не требовать места в совете директоров соцсети и дать ее основателю доверенность на голосование своими акциями. Переговорщиком в сделке выступал Мильнер, который в итоге смог купить почти 10% компании, Усманов же остался в тени как «денежный инвестор». С тех пор подобные сделки стали называть DST-type deal. По словам Стрешинского, много лет Мильнер и Усманов совместно инвестировали в большое количество прибыльных проектов и до сих пор сохранили дружеские отношения.

Усманов помог и основателю Mail.ru Group (новое название — VK) Дмитрию Гришину. Когда тот ушел с поста гендиректора компании, миллиардер оставил его в совете директоров. Кроме того, он инвестировал в венчурный фонд Grishin Robotics, который фокусируется на роботизированных технологиях. Сейчас Гришин самостоятельно занимается своими проектами, но с Усмановым поддерживает хорошие отношения.

Не последнюю роль Усманов сыграл в судьбе основателя «ВКонтакте» и Telegram Павла Дурова. «Если бы не Алишер Бурханович, где бы сейчас был Telegram, неизвестно», — говорит Стрешинский. В 2014 году во время акционерного конфликта между Дуровым и фондом UCP Ильи Щербовича, который утверждал что права на Telegram принадлежат «ВКонтакте», Усманов занял сторону Дурова. «Мы заплатили UCP довольно большую сумму денег, договорились с ними на выкуп «ВКонтакте». При этом условием сделки была передача Telegram Дурову», — вспоминает Стрешинский.

Если бы не Усманов и не Стрешинский, никакого Telegram у Дурова не было бы, считает Таврин, который лично выкупил у Дурова 12% «ВКонтакте». По его словам, у Усманова сильно развито чувство справедливости: «Он понимал, что отбирать Telegram у Павла таким способом было незаконно и несправедливо, и не смог остаться в стороне», — объясняет Таврин.

Еще один топ-менеджер, который год назад стал партнером Стрешинского и Усманова, а теперь уходит в свободное плавание, — это основатель «ИКС Холдинга» Антон Черепенников. Со Стрешинским его свел общий знакомый из «Мегафона». Тем для разговоров было две — киберспорт и системы технических средств для обеспечения функций оперативно-разыскных мероприятий (СОРМ). «Мы тратили на выполнение требований законодательства по СОРМ в «Мегафоне» довольно большие деньги. Когда я познакомился с Антоном, который хорошо разбирался в теме, то попросил его провести аудит. По результатам аудита я понял, насколько он талантливый и перспективный парень», — говорит Стрешинский. По его словам, Черепенников сделал много хорошего для компании, а USM помогла ему встать на ноги, в том числе деньгами, которые предприниматель довольно быстро вернул.

В октябре 2021 года стало известно, что «ИКС холдинг» выйдет из состава USM Telecom. По словам Стрешинского, часть нынешних активов «ИКС холдинга» останется в USM Telecom. Раскрыть, как именно будут поделены активы, он отказался. «Черепенникову выгодно продавать свои решения как можно дороже. А пока он внутри группы, он замотивирован экономить ее деньги», — объясняет Стрешинский. Стрешинский утверждает, что Усманов ценит своих менеджеров и партнеров и дает им возможность для самостоятельного развития. «Все ключевые люди, которые работали в его команде, рано или поздно становились партнерами. И он внес огромный вклад в их будущее. Это касается Мильнера, Таврина, Гришина и того же Антона Черепенникова. Без него они не стали бы теми, кем стали», — уверен Стрешинский. Таврин и Гришин с этим утверждением согласны. Дуров и Мильнер данные не опровергли.

Интересно, что Иван Таврин, как и Стрешинский, был акционером USM. Усманов передал ему те же 3%, но только частично в качестве вознаграждения — Таврин внес в USM свои 2,5% акций «Мегафона». Когда в декабре 2017-го Таврин уходил из USM, ему предложили вернуть 3% и забрать все телевизионные активы. При этом, по подсчетам Forbes, холдинг USM на конец 2017 года оценивался почти в $10 млрд, соответственно, доля Таврина — $300 млн. В то же время телевизионные активы стоили значительно меньше — они были полностью заложены в банке ВТБ по кредиту на $200 млн, взятому на покупку доли в «СТС Медиа». Сам Таврин сказал, что на самом деле у телевизионных активов всегда была положительная стоимость и он ни в коем случае не считает себя ущемленным.

А что станет с долей Стрешинского, если он тоже вдруг решит уйти от Усманова? «Я отношусь к нашей компании как к семье, которая объединена не только бизнес-интересами, но и человеческими взаимоотношениями, которые сложились на протяжении многих-многих лет. Поэтому таких мыслей мне в голову не приходит. Я живу в гармонии с тем, что у меня есть на сегодняшний день», — отвечает глава USM. По его словам, самое главное, что отличает Усманова от других, — он дает возможность работать, не изменяя своим принципам: «С ним в этом смысле легко, для него нет такого понятия, как цель оправдывает средства».

Рокер и Тетя Мотя

Стройная блондинка в нежно-розовом боди позирует перед камерами под титрами «Тетя Мотя — псевдоним или образ жизни?». Через секунду легким движением бедра «нимфа» plus size выталкивает ее из кадра. Этот клип группы «Ленинград» на песню «Фотосессия» с июля 2020 года набрал 4 млн просмотров. Тетю Мотю (она же Наталья Давыдова и Наталья Стрешинская) этими цифрами не удивишь: супруга главы USM — известный фитнес-блогер. В Instagram на нее подписаны почти 800 000 человек, реклама здесь стоит от 400 000 рублей.

Со Стрешинским Наталья познакомилась в 2005-м в Москве на вечеринке у общих знакомых — девушка недавно переехала в Москву из Смоленска, работала моделью, «снималась для каталогов одежды». Через неделю они сходили в кино на «Властелина колец». Довольно скоро Давыдова и Стрешинский поженились, для него это был второй брак. Его дочь от первого брака сейчас учится в Нью-Йорке в Колумбийском университете, сын работает в структурах USM. Там же трудится и сын первой жены, которого они воспитывали вместе.
С Натальей у него еще трое детей — Иван, Дмитрий и Мила. После рождения третьего ребенка Наталья решила привести себя в форму, серьезно занялась спортом и его пропагандой. Она запустила онлайн-марафон #Прессуйтело, написала несколько книг, создала фитнес-приложение Welps и ведет шоу «Битва за тело» на телеканале «Ю».

Тот факт, что канал «Ю» принадлежит давнему знакомому Стрешинского Таврину, — совпадение, запустить передачу ей предложила знакомая, сестра Таврина Ксения, говорит Наталья.

По словам блогера, она категорически запрещает мужу использовать «административный ресурс», чтобы помогать ее карьере. Она не сорит деньгами, работает на равных со своей командой — летает при необходимости экономклассом, с Forbes беседовала по Zoom из трехзвездочного отеля в Сербии.

Супруг все же ей помогает, устраивая «сарафанное радио»: под надзором Тети Моти он похудел на 40 кг (и у этого учителя был прилежным учеником) и теперь рекомендует ее знакомым.

В Москве пара снимает таунхаус, в собственности у них дом в Подмосковье, вилла на Лазурном Берегу и замок недалеко от Версаля. Роскошное поместье постройки 1852 года принадлежало семейству французских коллекционеров искусства Вильденштейнов, после смерти миллиардера Алека Вильденштейна в 2008-м замок достался его вдове, русской модели Любови Ступаковой. Внутри — антиквариат, мрамор, вместо портретов хозяев страусы в средневековых платьях и роскошный рояль. На нем играет старший сын Ваня. Еще он играет на банджо и трубе и хочет стать профессиональным музыкантом. «Это гены отца», — с гордостью говорит Тетя Мотя.

Стрешинский давно и серьезно увлечен музыкой: его рок-группа ISB в 2020-м выпустила свой первый альбом Runaway, песни для которого писал бойфренд его старшей дочери Оскар Нейдхарт. Стрешинский подарил альбом жене на день рождения и сделал ее генеральным продюсером группы. «Знаете, я бы хотела, чтобы Иван ехал на крутой тачке, такой весь рок-звезда, и ему вслед говорили: «Ну правильно, с такой-то бабой! Сам бы он так не раскрутился!» — писала Наталья.

Миллиардер дарит жене не только свое творчество. В 2020 году пара получила 38-метровую яхту, построенную итальянской верфью Custom Line. Имя лодки — Nataly S.


Источник: forbes.ru

25.11.2021 24

<< Возврат к списку